Горизонты и границы «графического подхода» при изучении образов стран, народов, власти (к постановке вопроса)


Изучение образов/представлений стран, народов и власти базируется, прежде всего, на письменных источниках личного происхождения и кино-фото-материалах. В предлагаемом материале речь идет только о первой группе источников – мемуарах, дневниках и письмах. Анализ создаваемых в этих источниках образов и их трансформации ставят перед исследователем множество задач, из которых, на наш взгляд, выделяются две.

Первая – наблюдающий субъект. Т.е. выяснение профессиональной подготовки выбранного нами автора, его общественно-политического настроя, непосредственного или опосредованного знакомства с оцениваемыми иностранными государствами, их жителями и структурами власти.

Вторая проблема, которая встает перед исследователем, изучающим развитие образов/представлений у конкретного человека, – это определение критериев, по которым интересующий нас автор приближал или отдалял от себя оцениваемый объект. Данный процесс, по нашему мнению, можно изобразить графически. Поэтому мы вводим понятие «графический подход».

Суть «графического подхода» в следующем. В центре/середине помещаем автора изучаемого источника личного происхождения (мемуаров, дневника, эпистолярий) и обозначаем центр как «Я-автор». Выявляемые образы/представления стран, народов и власти размещаются по мере удаления от центра/середины (от автора) в круги «Свой», «Другой», «Чужой», «Враг». Каждый круг выражает определенную смысловую коннотацию, т.е. дополнительное, сопутствующее значение языковой единицы. «Коннотация включает семантические или стилистические элементы, определенным образом связанные с основными значением и накладывающиеся на него» [1]. Важно то, что коннотация, предназначенная для выражения эмоциональных или оценочных оттенков высказывания, не только отображает определенную культурную традицию авторов, но и представляет собой разновидность прагматической информации, отражающей не столько сами предметы или явления, сколько отношение к ним изучаемых людей.

В рамках «графического подхода» исследование начинается с определения базовых характеристик мировидения стран, народов и власти избранным нами автором («Я-автором»). Вычленение этих положений следует проводить не только на основе выбранного источника, но и других источников личного происхождения, принадлежащих изучаемому нами субъекту. Последнее замечание принципиально значимо. Образы у «Я-автора» могут быть не статичны. Наоборот, иметь высокую динамику. Меняться (причем разительно) в зависимости от внешних факторов (например, поражения в войне или революции) или внутренних процессов (например, смены настроений у автора в связи с болезнью). Привлечение максимального круга источников, принадлежащих интересующему нас субъекту, позволяет выявить изменения в его мировидении и в итоге создать динамичное «графическое изображение» образов/представлений.

После выяснения базовых элементов во взглядах «Я-автора» на окружающий мир в рамках «графического подхода» исследователь обращается к кругу «Свой». Какие же образы помещаются в него? Прежде всего, те, чьи основные характеристики совпадают с базовыми положениями мировидения «Я-автора». В данном случае мы следуем за известным специалистом в области изучения современного русского языка Д.В. Дмитриевым, который в своем «Толковом словаре» отмечает: «,,Своим” называют то, что является чьей-либо неоспоримой, нераздельной принадлежностью, частью и т. п. …» [6].

Теперь перейдем к понятию «Другой». Выдающийся русский ученый, писатель и лексикограф В.И. Даль определял его как «следующий за первым» [4]. В нашем случае это важно с точки зрения графического размещения образа относительно «Я-автора». «Первый» в нашем случае – это «Свой». Таким образом, «Другой» занимает следующий круг. Сложнее определиться с содержанием данного понятия. Нам представляется, что наиболее продуктивным является рассмотрение «Другой» как понятия тождественного понятию «Иное». Такой подход позволяет использовать «Толковый словарь Д.Н. Ушакова», в котором дано следующее определение: «,,Иной” – [это] другой, совершенно не такой, отличающейся от этого» [5]. При принятии данного определения семантическая гамма понятия «Другой» укладывается в следующий ряд: «непохожий», «несходный», «противоположный», «альтернативный». Два последних семантических значения приближают понятие «Другой» к следующему кругу нашей «графической схемы» – «Чужой». 

При обращении к понятию «Чужой» как и в предыдущих случаях разговор начнем с определения его содержания. Известно, что понятие «Чужой» возникает в ситуации расхождения или несовпадения каких-либо явлений «другой» культуры с принятыми в «своей» культуре. Причем семантический ряд этого понятия достаточно широк: от понимания «Чужого» как «странного», «необычного», «альтернативного», т.е. близкого понятию «Другой», до понимания «Чужого» как «угрожающего жизни», что приближает это понятие к «Врагу». В предлагаемой нами схеме наиболее продуктивным является рассмотрение содержания понятия «Чужой» в контексте развития книжно-славянского понятия «Чуждый». А здесь среди смысловых оттенков выделяются следующие: «неподобающий», «неприязненный» и «отвратительный» [2]. Наделение «Я-автором» того или иного образа отмеченными качествами позволяет включить данный объект/объект в круг «Чужой».

От «Я-автора» максимально удален круг «Враг». «Словарь синонимов» дает следующий весьма наглядный синонимический ряд данному понятию: «Недруг, неприятель, противник, супостат, антагонист, злоумышленник, недоброжелатель, ненавистник, лиходей, обидчик, преследователь, притеснитель, гонитель» [3]. В представленной палитре ярко прочерчивается магистральная линия: «Враг» – это тот, кто реально угрожает привычному образу жизни и даже самому существованию «Я-автора». Таким образом, если мы говорим об образах/представлениях, то в кругу «Враг» оказывается все диаметрально противоположное базовым элементам во взглядах «Я-автора» на окружающее пространство (которые мы выявили на первом этапе работы), все угрожающее миру «Я-автора» разрушением и гибелью. 

В завершении сообщения отметим следующее. Применение предлагаемого «графического подхода» при анализе источников личного происхождения позволяет привести в некую систему частые метания авторов (подчас радикальные) во взглядах на мир. Данный подход дал интересные результаты при его апробации в докладе, подготовленном в рамках постоянно действующего в ИРИ РАН междисциплинарного семинара «Россия и внешний мир», «Образы ,,Россия и русские”, ,,Кайзеровская империя и немцы”, ,,Антанта и народы стран Согласия” на страницах дневника Ю.В. Готье (1917 – 1918 гг.)» [7]. Вместе с тем, работа над докладом не позволила ответить на многие вопросы. И, прежде всего, об эффективности «графического подхода» к анализу динамики образов/представлений у больших социальных групп.

 

Библиографический список:

1. Большая советская энциклопедия. М., 1969 – 1978. URL. http://slovari. yandex.ru/~%D0%BA%D0%BD%D0%B8%D0%B3%D0%B8/%D0%91%D0%A1%D0%AD/%D0%9A%D0%BE%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D1%82%D0%B0%D1%86%D0%B8%D1%8F/ (дата посещения 11.12.2012)).

2. Виноградов В.В. История слов. URL. http:// http://wordhist. narod.ru/ tschugdij.html (дата посещения, 12.03.2013)

3. Словарь синонимов. URL. http://dic.academic.ru/dic.nsf/dic_synonims/ 21683 (дата посещения, 13.01.2013)

4. Толковый словарь В.И. Даля. URL. // http://dic.academic.ru/dic nsf/ enc2p/232606 (дата посещения, 15.04.2013)

5. Толковый словарь Д.Н. Ушакова. URL. http://dic.academic.ru/ dic.nsf/ushakov/824398 (дата посещения, 10.05.2013).

6. Толковый словарь русского языка Д.В. Дмитриева. М., 2003. URL.//http://dic.academic.ru/dic.nsf/dmitriev/4781/%D1%81%D0%B2%D0%BE%D0%B9 (дата посещения, 16.01.2013)).

7. Черноперов В.Л. Образы «Россия и русские», «Кайзеровская империя и немцы», «Антанта и народы стран Согласия» на страницах дневника Ю.В. Готье (1917 – 1918 гг. URL. http://rosmir.iriran.ru/archival. php?id=44 (дата посещения 2.05.2013)).



  • Шамин Степан Михайлович28 Сентября 2013 15:57

    Уважаемый Василий Львович! С большим интересом прочитал Ваш текст. Создание подобных кругов без всякого сомнения дает любопытные данные. Однако, как мне кажется, вряд ли можно создать универсальную систему подобных кругов. К примеру, в относительно недавнем докладе А. В. Лаушкин (к. и. н., Москва) "«Провиденциальные круги» народов в русском летописании XI–XIII в." была представлена своя система кругов, созданная с учетом источника. Градаций будет столько же, сколько авторов. Другая проблема в том, что если делать самые общие обобщения, то для выделения друзей и врагов какие-то графические формы вполне возможны, но не обязательны. Если же пытаться отслеживать более тонкие градации типа актуальных врагов, менее актуальных, вызвавших случайное, одномоментное раздражение и т.д. и т.п., то графичность будет разрушаться. Разумееется, все вышесказанное не отменяет перспективность методики для изучения по одной программе ряда синхронных или еще как-то выстраивающихся в один ряд памятников.
    Ответить

    • Черноперов Василий Львович10 Октября 2013 23:01

      Большое спасибо за отклик. Он наводит на некоторые новые мысли, которыми постараюсь поделиться в ближайшем будущем.
      Ответить

    • Черноперов Василий Львович10 Октября 2013 23:20

      Уважаемый Александр Владимирович, Ваши оценки подтолкнули к следующему размышлению. Возможно, действительно, "графический образ" будет более интересным/полезным при расширении исследовательского поля "Я-автора" до социальной группы. Например, историков одного возраста, города или вуза. Кстати здесь могут оказать большую помощь контент-анализ и инвент-анализ. Теперь несколько слов о Вашем замечании по проблеме содержания образов/представлений в контексте их отделения друг от друга. Здесь я остаюсь при том мнении, что на начальной стадии работы должен быть прочный базис в определении содержания образов/представлений. В процессе исследования оно, возможно, будет меняться. Но первоначально фундамент должен быть. И мне, откровенно говоря, не приходит ничего в голову кроме проверенных временем толковых словарей.
      Ответить

  • Голубев Александр Владимирович09 Октября 2013 17:25

    Уважаемый Василий Львович, Ваш подход весьма интересен.Мне кажется, однако, что Другой/Чужой/Иной - не совсем ясно различимые понятия. Что касается Врага, то он, м.б., из другого ряда (Враг/Союзник)- это актуально прежде всего во время войны. Мне кажется, впрочем, что можно будет построить более точную схему на основе изучения большого количества Я-авторов (конечно, это работа долгая и скорее всего потребует коллективных усилий). Но начало положено.
    Ответить